Воскресенье, 05.07.2020, 17:41
Кокуй-сити
Меню сайта
Категории раздела
Мои статьи [38]
Рассказы наших читателей [24]
Поиск по сайту
Новые комментарии
Вы мне не подскажете, где я могу найти больше информации по этому вопросу?

I think, that you are not right. I am assured. I can prove it. Write to me in PM, we will communicate.

Скоко народу было

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Откуда
Главная » Статьи » Рассказы наших читателей

Федореев И.А., Черенщиков О.Ю. О вооруженных выступлениях и выселении крестьян начала 30-х годов в Сретенском и Усть-Карийских районах
   О вооруженных выступлениях и выселении крестьян начала 30-х годов XX века в Сретенском и Усть-Карийском районах

  В ходе административных преобразований 1926 года в состав дальневосточного края вошло два восточно-забайкальских округа: Читинский и Сретенский. Центрами их были соответственно города Чита и Сретенск. Уезды были преобразованы в районы (в Читинском округе - 16, в Сретенском - 8). Более полная информация об административно-территориальном устройстве Сретенского и Усть- Карийского районов на период 20-30-х годов имеется в архивно- исторической справке Л.В. Бай «Об изменениях административно- территориального деления Сретенского района с 1920 по 1997 годы» (Бай, 2008).
  К 1930 году подавляющая часть жителей Сретенского и Усть- Карийского районов была связана с сельским хозяйством. В последнем эта цифра составляла 89,5%. Исследователи отмечают, что исторической особенностью Сретенского района являлся тот факт, что основную часть населения его 47 сел на тот момент составляли бывшие казаки, большая часть из которых во время гражданской войны воевала на стороне регулярной белой армии или входила в состав белых дружин. На декабрь 1932 года таких было 1500 человек. Красных партизан в Сретенском районе на 1930 год насчитывалось около 600. Иная картина была в Усть-Карийском районе. По численности населения он почти в два раза уступал Сретенскому, но большая часть его жителей из числа казаков воевала в годы гражданской войны на стороне красных, и в 1930 году в районе насчитывалось красных партизан. Не лишним будет вспомнить, что именно территория Усть-Карийского района в 1919 году стала базой формирования седьмого кавалерийского полка Ф.А. Погодаева (Мангидай, Боты, Верхние и Нижние Куларки, Чалбучи, Лужанки) и третьего кавалерийского (Кучугай, Аркия, Будюмкан, Урюпино, Кактолга), а жители села Култума вошли в отдельную партизанскую сотню. Данное обстоятельство, по справедливому замечанию В.И. Васильевского, «...не могло не наложить негативного отпечатка на отношения между отдельными слоями населения, дававшие о себе знать в более поздние годы» (Васильевский, 2000).
  Хлебозаготовительный кризис, разразившийся в стране в 1927- 1928 годах, потребовал от центральной власти адекватных и оперативных решений. Выход сталинское руководство нашло в форсировании темпов коллективизации. Решение об этом на политическом уровне было принято в 1929 году. Дальневосточный крайком партии для Сретенского округа установил предельно сжатые сроки коллективизации, рассчитанные на два года. Сретенский окружком решил провести сплошную коллективизацию уже к 1 марта 1930 года, то есть к началу посевной. Коллективизация, по первоначальному плану, должна была осуществляться в первую очередь в четырех районах округа (Сретенский, Нерчинский, Олинский, Жидкинский). Однако местные руководители решили форсировать эту работу и, сославшись на «инициативу батрацко-бедняцких и середняцких масс», потребовали провести сплошную коллективизацию всех районов округа. Между Читинским и Сретенским округами был даже заключен договор о соцсоревновании (!) по проведению коллективизации (Васильевский, 2000).
  Коллективизация с самого начала приняла ярко принудительный характер. Так, для ее проведения в Захребетной части Усть- Карийского района были даже созданы вооруженные отряды. Был мобилизован партийный и советский актив. В результате широкомасштабного давления на крестьян процент коллективизации подскочил с 1 января по 20 февраля 1930 года с 20 до 81%, а 13 сел из 58 были коллективизированы на 100%. План был перевыполнен (первоначально на 1 апреля 1930 года в округе планировалось коллективизировать только 70% хозяйств).
  К весне 1930 года стали обнаруживаться явные искривления в ходе проведения коллективизации: крестьян силой заставляли вступать в коммуны и сельхозартели. В коммунах обобществляли все, вплоть до домашней птицы. Вообще идея коммун была очень популярна в Сретенском округе. Попытки некоторых райкомов партии выступить за создание сельхозартелей решительно пресекались как проявления правого уклона с соответствующими оргвыводами.
    1 марта 1930 года в округе насчитывалось 140 коммун, 100 сельхозартелей, 14 тозов (товариществ по совместной обработке земли). Из них Сретенская коммуна-гигант охватывала 10 сел, а рекордсменом была Нерчинско-Заводская - 16 сел. В дальнейшем планировалось довести количество коммун до 70%, и только 30% отводилось сельхозартелям. В Усть-Карийском районе на 15 марта 1930 года было создано 32 коммуны и 21 артель (Книга памяти жертв..., 2000).
  Таким образом, налицо был явный перегиб на местном уровне в процессе проведения коллективизации. Центральное руководство указывало, что основной формой коллективного хозяйства должны были стать сельскохозяйственные артели. В них обобществлялись только средства производства - орудия труда и рабочий скот, и лишь часть продуктивного скота. В тозах объединяли только орудия сельхозпроизводства и рабочий скот. В коммуне же обобществлялись и личная корова крестьянина, и мелкий скот, и птица - работал принцип «полного обобществления имущества и скота».
  2 марта 1930 года в «Правде» вышла известная статья Сталина «Головокружение от успехов». Последовавшая впоследствии компания по исправлению перегибов привела к массовому выходу крестьян из артелей и особенно из коммун, а в ряде сел Усть-Карийского района коммуны вообще распались (Горбима, Усть-Черная, Шилкинский Завод). В Сретенском округе из колхозов вышли 8048 семей, а процент коллективизации упал до 31,8%. Обстановка обострялась еще и тем, что местные власти не торопились исправлять допущенные нарушения законности и тормозили перевод коммун на Устав сельхозартелей. Недовольство крестьян переросло в мае 1930 года в вооруженное выступление, начавшееся в Кактолге и распространившееся на половину территории Усть-Карийского района. Были жертвы со стороны коммунаров. Вооруженные выступления длились 42 дня и были подавлены. Суду были преданы 110 участников восстания. 14 человек приговорили к расстрелу, остальных - к различным срокам лишения свободы. Впоследствии нескольким осужденным расстрел заменили 10 годами в лагерях (Васильевский, 2000).
   В «Правде» была опубликована корреспонденция об извращении в деле коллективизации в Усть-Карийском районе, а крайком ВКП(б) 4 июля 1930 года разослал письмо «О положении в Сретенском округе», где говорилось об ошибках при проведении коллективизации (административном подходе, ставке на коммуны, раскулачивании середняков и т.д.).
   Непосредственно в Сретенском районе вооруженное выступление крестьян вспыхнуло несколько раньше - в марте 1930 года. Центрами его стали села Удыча и Деревцово. Как это происходило, вспоминает один из непосредственных участников проведения коллективизации в Сретенском районе Дмитрий Авдеевич Цымбал (Федореев, 1998).
  «В 1930 году мы получили установку: организовать коммуну-гигант, в которую надо было объединить все экономии Ломовского куста, который объединял села ниже Сретенска и близкие к ним таежные деревни. Эти поселения тогда все называли «экономии». В немногих были организованы коллективные хозяйства: товарищества по совместной обработке земли (тозы), артели и коммуны, но было их мало. Преобладали единоличники.
   Коллективизацию крестьян в этом кусте было поручено проводить секретарю окружкома комсомола Суханову Георгию, учительнице из Молодовска Анисимовой и мне - кустовому агроному, только что закончившему техникум. Выдали нам с Сухановым по револьверу •смит-вессону", ну а учительница с нами без оружия ездила.
  Проехали много сел. В коммуну записывались неохотно. И вот перед нами две экономии - Шакша и Удыча. Шакша за один вечер согласилась, здесь все хорошо прошло, зато Удыча - ни в какую! Уперлись таежники. Беседуешь с ними - слушают внимательно, а как до дела - нет желающих, и все. Три дня не закрывали собрание. Отпускали поесть, поспать немного - и опять на сход. А уж агитировали! - казалось, так неотразимо, что устоять было невозможно.
  А по ночам Суханов отдельно мужиков собирал для беседы, уже в другом тоне. Соберутся они в избе, а он им: "Не пойдете в коммуну- ни одного в Удыче не оставим, всех выселим!" И "Смитом" своим по столу постукивает. Не больно-то пугало этих таежников, многие из них были в прошлом красные партизаны. Однако задумались. А на третью ночь из города приехал уполномоченный ОГПУ, арестовал одного мужика, не знаю, за что, он не объяснил. Уполномоченный этот тоже пригрозил мужикам, если не пойдут в коммуну. Это ли подействовало, надоело ли просто им сопротивляться, а только на четвертый день сломили мы удычинцев: записались они в коммуну. А тем временем приближалась весна, надо было начинать сев. Но накануне сева получаем известие, что удычинские мужики вооружились и выступили против такого объединения».
  Брожения в умах сельского населения Сретенского района начали наблюдаться еще в январе. Поворотом к этому было, как уже сообщалось, насильственное вовлечение единоличных хозяйств в коммуны. Уже тогда начали поговаривать о том, что пора браться за оружие и менять власть на местах из-за всевозможных притеснений и искусственного изменения векового уклада крестьянской жизни. От общих разговоров местное население перешло к обсуждению организационного порядка по подготовке к вооруженному выступлению, снабжению оружием и проведению разъяснительной работы среди населения, используя последние мероприятия: хлебозаготовки, раскулачивание, коллективизацию, говоря: «Советская власть данными мероприятиями грабит крестьянство, отбирает имущество путем обобществления и несильного загона их в коммуны: такой власти для крестьян не нужно, нужна такая власть, чтобы была частная собственность, свободный крестьянский труд, а поэтому нам нужно идти в сопки и завоевывать себе такую власть».
  Первое собрание в с. Деревцово было проведено 10 января 1930 года. На нем присутствовало 11 человек. Решили для исправления положения в обществе переходить от разговоров к делу и начинать потихоньку готовить людей к восстанию, и не только в самом селе, но и в соседней Удыче. Для связи с удычинцами был выбран Тит Ильич Зимин - бывший партизан, член сельского Совета, бедняк, член коммуны.
  Вскоре аналогичное собрание состоялось и в Удыче, на котором присутствовал Т.И. Зимин. Он рассказал о положении в Деревцово и предложил действовать сообща. Его охотно поддержали. В Удыче ответственным за организацию дел назначен Зимин Николай Михайлович - также член местной коммуны, середняк, вахмистр старой армии, бывший в 1910 году станичным поверенным в Сретенске. В дальнейшем на собраниях обсуждались вопросы проведения агитации среди населения с целью подготовки к восстанию, вербовки новых членов, посылки людей в другие села (Молодовск, Шакша, Фарково, Кокуй, Чонгуль), вырабатывался план восстания.
  Решающим было собрание в селе Деревцово 29 марта 1930 года, так как на нем коллективно приняли решение о немедленном выступлении с оружием в руках. В Удычу послали Е.В. Деревцова с извещением об одновременном выступлении. В Удыче под ружье разом встало 33 человека. Повстанцы под руководством Н.М. Зимина, обезоружив местный актив и охотников, выехали на соединение в Деревцово, где в это время восставшие в количестве 60 человек обезоружили партийную ячейку и арестовали 7 активных работников с целью прервать связь села с городом. Во время ареста актива восставшими был убит председатель местной коммуны, большевик Дмитрий Деревцов. После соединения повстанцы, оставив в селе под охраной арестованных, разбились на два отряда и выехали в села Верхняя Куэнга и Малый Тонтой, имея целью поднять восстания в этих селах и добыть оружие путем разоружения партийных ячеек и актива. В Верхней Куэнге было отобрано 2 винтовки, наган и 10 бердан. После разоружения и ареста актива повстанцы, видя безуспешность попыток поднять восстание, вернулись в Деревцово. Здесь был проведен митинг, на котором выступил Р.Г. Зимин, большевик, бывший красный партизан: «Довольно коммунистам-певунам пить нашу кровь, я сам коммунист, но иду против советской власти. Нам нужна такая власть, чтобы была частная собственность, коммуны нам не нужны». И призвал мужиков вступать в отряд: «Идемте с нами, мы, партийные, и то идем, а вы хотите остаться».
  На митинге был объявлен лозунг восставших: «За советскую власть, но без коммунистов».
  К этому времени для ликвидации очага выступления в Сретенский район прибыли подразделения 73-го кавалерийского полка, которые небольшими разведгруппами стали нащупывать местонахождение повстанцев, определяя их численность. В то же время повстанцы, узнав о прибытии частей регулярной армии, также зондировали их действия.
  В районе Удычи регулярные части настигли отряд повстанцев и обстреляли его. Отряд, не приняв боя, ускоренным маршем оторвался от преследователей и ушел в тайгу. Его руководители, видя неорганизованность повстанцев, решили провести реорганизацию отряда, сформировав его по примеру казачьей сотни. Отряд был разбит на 3 взвода по 23 человека в каждом. Командиром отряда стал житель села Деревцово Василий Иванович Деревцов, 1889 года рождения, середняк, член коммуны, бывший красный партизан. Командирами взводов были избраны также середняки, бывшие красные партизаны: В.К. Деревцов, Б.Я. Деревцов и Р.Г. Зимин.
   Ввиду появления регулярных войск Красной Армии было принято решение о временном оставлении своих сел и о продвижении рейдом в соседний Газимуро-Заводский район с целью охвата восстанием большей территории. Была продумана методика отхода с организацией засад в местах вероятного появления регулярных войск. В одной из засад остался сам командир отряда В.И. Деревцов с шестью повстанцами. При появлении красноармейцев повстанцы некоторое время сдерживали их натиск, убив командира отделения 73-го попка Бабаканского. После этого, предвидя угрозу кружения, В.И. Деревцов сумел вывести людей из-под огня и привести в село, где они сдались властям.
  Основной отряд был настигнут 2 апреля на ночевке в пади Топаш. Внезапной атакой красноармейцы сумели сразу же пленить часть ошеломленных повстанцев, но большая часть из них, разбившись на мелкие группы, сумела рассеяться по тайге. Видя безысходность своего положения, некоторые повстанцы добровольно являлись в свои села и сдавались властям. Но не все. Некоторые приходили домой и прятались, но были задержаны во время обысков. Другие продолжали группами прятаться в лесу, и их задерживали во время прочесывания местности. Всего в те дни было арестовано 45 человек. По классовой принадлежности они распределялись следующим образом: 4 кулака, 33 середняка, 8 бедняков. Из них 15 человек ранее служили в Красной Армии или воевали в составе красных партизан, 1 член ВКП(б) и 2 комсомольца.
  Приведенная раскладка повстанцев опровергает утверждение, что это было кулацкое восстание. Наоборот, большая часть восставших кулаками не являлись, а были ранее активными сторонниками именно советской власти. Извращения руководством политики партии они считали отходом от завоеваний Октября, и единственным правильным решением, по их мнению, было вооруженным путем вернуть все на свои места.
  Весть о поражении быстро разнеслась по селам Сретенского района. В отчете окружкома ВКП(б) в те дни писалось: «В начале апреля 1930 года эта банда была ликвидирована». Но ликвидирована не полностью.
  На свободе оставалось 10 человек во главе с Зиминым Титом Ильичом, которые не сложили оружие. Оправившись от поражения, они, как старые партизаны, решили сменить тактику и затаиться на время, продолжая организацию подпольных групп в окрестных селах. К 22 мая численность их отряда возросла до 40 человек. С этого момента отряд вновь перешел к активным действиям. Командиром отряда был избран Пуртов Николай Павлович, середняк, бывший партизан, а его помощником - Т.И. Зимин.
  Отряд направился в Деревцово, где с пашни забрали трех членов коммуны и раздели их. Деревцовские хотели расстрелять коммунаров, но удычинские и чонгульские повстанцы этого сделать не дали. Арестованных отпустили. В среде повстанцев возникли разногласия. При этом многие обратились к Т.И. Зимину, так как он фактически командовал отрядом, чтобы никаких насильственных действий не производить и в особенности - в деревнях никого не трогать, включая партийных. Но Зимин настаивал, что последних надо убивать. Большинство же было против. Когда отряд находился в 10 верстах от Деревцово, стало известно, что в их сторону движется отряд из милиционеров и активистов в количестве не более 20 человек. Т.И. Зимин и С.П. Филиппов стали настаивать на том, чтобы сделать засаду. Остальные отказались, сославшись на плохое вооружение. Однако Филиппов в качестве аргумента заявил: «Раз пошли воевать, так надо воевать, чтобы достать оружие и патроны».
  Зимин приказал всем сесть на лошадей, ехать к месту засады и затаиться. Подпустив преследователей на 20 саженей, повстанцы открыли огонь. Перестрелка длилась не долго, и милиционеры отступили. На поле боя остался раненый в правую руку милиционер и обезоруженный председатель Чонгульской коммуны Краснопёров, под которым была убита лошадь. Всего убили три милицейские лошади, взяли трофеи из шести винтовок и двух полных патронташей патронов. Милиционера и Красноперова расстреляли после боя. Отряд вошел в Деревцово. Еще несколько рейдов отряд сделал по Газимуро- Заводскому и Сретенскому районам и в начале июля пришел в район Удычи-Деревцово.
  С этого момента ликвидацией восстания занялись 1 и 3-й кавалерийские дивизионы 3-го мотострелкового полка ОГПУ под командованием Остапенко и Мышко. Оперативный штаб по руководству операцией находился непосредственно в Сретенске.
  Среди членов отряда назревали настроения выйти из леса и вернуться к мирной жизни. Особенно на этом настаивал командир отряда Пуртов, но Т.И. Зимин и А.Д. Гордеев предлагали не расходиться до осени. В ночь с 5 на 6 июня по дороге недалеко от с. Чонгуль в пади Болбудак их настиг и окружил военный отряд. В перестрелке были убиты: С.И., П., К. Деревцовы, взят в плен А.У. Коренев. Остальным удалось уйти. Судьба их сложилась по-разному, большинство возвратились в свои села и сдались властям. Из 26 человек, привлеченных к ответственности, не было ни одного кулака: середняков - 16, бедняков - 8, батраков - 2.
 Еще 8 человек из рассеянного отряда продолжали скрываться в лесах, а в дальнейшем пытались уйти на китайскую сторону. При обстреле пограничниками были убиты Т.И. Зимин и А.Д. Гордеев. Остальные сумели переправиться на китайскую сторону, но были переданы Китайскими Властями 54-му пограничному отряду. К этому времени между СССР и Китаем уже был заключен договор о передаче беглецов. Все участники вооруженного сопротивления в дальнейшем предстали перед судом. Решением Тройки ОГПУ по Восточно-Сибирскому краю Н.М. Зимин, СП. Филиппов, Т.С. Шемякин были расстреляны (Федореев, 1998).
  Подавив восстания, органы советской власти взяли курс на массовое выселение кулаков и недовольных проводимой большевиками политикой. В районах создавались тройки, в состав которых входили: председатели РИК, секретари райкомов партии и начальники районных ОГПУ. Итоги выселения по Сретенскому району были рассмотрены 19 июля 1931 года на заседании бюро РК ВКП(б). Сама акция по переселению прошла без значительных эксцессов. На этот период было выселено 168 кулацких семей общей численностью 1143 человека. Было отмечено, что среди населения имела место массовая подача ходатайств со стороны красных партизан, колхозников, бедняков о выдаче кулаков на поруки, как людей невредных и политически благонадежных. В Усть-Карийском районе в 1931 году было выселено 28 семей с 152 едокам. Выселяемых свезли в Усть-Кару, откуда пароходом отправили на железнодорожную станцию Сретенск. В 1933 году в Сретенском и Усть-Карийском районах прошла вторая массовая волна переселения,так, с Усть-Карийского района было выселено 67 семей (Книга памяти жертв политических репрессий... 2000).
Литература
1. Бай Л.В. Об изменениях административно-территориального деления Сретенского района с 1926 по 1997 годы (архивно-историческая справка).
2. Сретенский район: история и современность. Чита, 2008.
3. Васильевский В.И. Восточное Забайкалье в период сплошной коллективизации и выселения крестьянских семей // Книга памяти жертв политических репрессий в Восточном Забайкалье. Т. 1. Чита: Поиск, 2000.
4. Книга памяти жертв политических репрессий в Восточном Забайкалье. Т 1, Чита: Поиск, 2000.
Федореев И. За Советы без коммунистов // Советское Забайкалье. 1998. № 28.
Категория: Рассказы наших читателей | Добавил: Gord (29.10.2010)
Просмотров: 2377 | Комментарии: 1 | Теги: казаки, Сретенск, восстание | Рейтинг: 5.0/7 |

Поделитесь интересной информацией нажав на кнопку:

Всего комментариев: 1
1 Serega   [Материал]
Эта статья пролила свет на некоторые словесные данные котрые не вязались с официальными данными. Теперь я понял некоторые вещи, про котрые слышыл в детсве, но не миог никак связать с официальной историей. Спасибо!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Погода на родине

влажность:

давление:

ветер:


Форма входа
Логин:
Пароль:
Вы не бот?
Наш возраст
SMS в Кокуй. Даром
Друзья сайта
  • Кокуйская школа №1
  • Кокуйская школа №2
  • Сайт ПУ №30
  • Сайт Кокуйского музея
  • Форум Кокуйских погранцов
  • Сретенский судостроительный завод
  • Сайт Нерчинска
  • Вершино-Дарасунский сайт
  • Борзя
  • Станция Ясная
  • Сайт Сретенского педколледжа
  • Балей
  • Сайт Сретенска
  • Сайт Молодовска
  • Новости Кокуя на ТВ

  • Copyright Gord © 2020

    Хостинг от uCoz